Rambler's Top100

1-2/2007

ЛИЧНОСТЬ В ИСТОРИИ

Альфред, король Англии

"Чтобы я здесь жил не напрасно..."

Зоя Метлицкая

Всем известно имя Карла Великого. Об Альфреде Великом, жившем в ту же эпоху (Альфред родился примерно через 30 лет после смерти Карла), за пределами его родной Англии знают не многие. "Великим" его впервые назвали в XVI в., но, хотя титул и заслужен, величие Альфреда иное, чем у Карла.


Карл – создатель империи, просуществовавшей, в том или ином виде, несколько столетий. Его деятельность повлияла на исторические судьбы трёх крупных европейских народов.

Англосаксонский король Альфред не создал империи. Он отстоял своё королевство от посягательств захватчиков. Хотя английские историки в прошлом немало потрудились для того, чтобы представить Альфреда отцом английского государства, английского законодательства и победоносного британского флота, а заодно и основателем Оксфордского университета, реально это не так или не совсем так. Однако Альфред не нуждается в том, чтобы ему приписывали чужие достижения. Он хотел, чтобы его помнили по добрым делам, и об этих делах будет рассказано ниже. Помимо достойных деяний этого человека отличали обострённое осознание своего призвания, своего пути, глубоко личные отношения с Богом.

"Любой человек, построивший дом на земле своего Господина и с Его помощью, желает, чтобы ему позволили охотиться, ловить рыбу и птиц, пользоваться всеми плодами земли и моря до поры, пока он не обретёт по милости Господина свою вечную вотчину. Ибо так рассудил могущественный Даритель, Которому принадлежат и этот временный приют, и тот вечный дом. Да позволит мне Создавший их и обоими ими владеющий, чтобы я здесь жил не напрасно и тех краёв достиг".

Так писал в самом конце IX в. король Альфред. Редкая для тех далёких времён ситуация: личность светского человека, властителя предстаёт перед нами не только в сочинениях его современников или историков последующих поколений, но и в строках, написанных им самим.

В правление Альфреда по его повелению были переведены с латыни на понятный всем его подданным язык – мы называем этот язык древнеанглийским – "книги, которые каждый должен знать". В их число входили "Диалоги" и "Обязанности пастыря" Григория Великого, "Утешение философии" Боэция, "История против язычников" Орозия, "Церковная история народа англов" прославленного англосаксонского учёного и теолога Беды Достопочтенного, "Монологи" блаженного Августина. Некоторые переводы были выполнены образованными клириками из числа приближённых Альфреда (нам известно имя переводчика "Диалогов" – Верферт, епископ Вустерский), над другими король и его учёные помощники трудились вместе.

Мы не знаем, как осуществлялся этот процесс, но в переведённых произведениях многое добавлено Альфредом от себя. Во вступлении к переложению "Обязанностей пастыря" он написал, что стремился переводить "не слово словом, но смысл смыслом". Кроме того, король часто изменял или дополнял тексты оригиналов, чтобы сделать их понятными для своих подданных, живших совершенно в других условиях, нежели те читатели, к которым обращались Боэций, Орозий или Августин, и не знакомых с книжной премудростью. Но иногда мысль и чувство вели Альфреда дальше, и он начинал спорить с автором или поверял читателю собственные раздумья на "вечные" темы.

"...И праведник, завершивший свою земную жизнь, часто вспоминает всё хорошее и плохое, что случалось с ним в этом мире, и радуется, что, будучи здесь, он не забывал велений своего Господина ни в земных делах, ни в вере. Так бывает, когда человек отправляется в изгнание и покидает короля или расстаётся с ним вопреки их обоюдному желанию и, испытав множество тягот и горестей во время своих скитаний, возвращается к прежнему своему повелителю и вновь обретает почёт и уважение, которыми пользовался прежде. Он помнит потом все несчастья, которые приключались с ним во время странствий, но это не лишает его радости".

Подробности биографии короля Альфреда мы знаем из "Жизнеописания", составленного его помощником и другом Ассером, валлийским монахом и епископом Шерберна.

Альфред родился в 849-м или 850 г. Страна, в которой он появился на свет, походила и не походила на Англию, какой мы её себе представляем. Небо с бегущими облаками, пахнущий солью ветер, морские валы, бьющиеся о прибрежные скалы, реки, зелёные склоны холмов, белый конь, вырезанный в дёрне на склоне холма в доисторические, даже для той эпохи, времена (по мнению современных учёных, этого коня вырезали примерно 3 000 лет назад люди, жившие в тех местах до прихода кельтов), – всё это почти не изменилось. Теперь, правда, нет густых лесов, занимавших большую часть территории острова, – за десять столетий их полностью вырубили, расчищая место для пастбищ и полей. А вот народ, населявший эти земли, народ, которым правил Альфред, сильно отличался не только от современных англичан (что естественно), но и, скажем, от сотоварищей и современников Робина Гуда. Дело в том, что в 1066 г. Англию завоевал герцог Нормандии Вильгельм Незаконнорождённый, впоследствии прозванный Завоевателем. Нормандцы принесли сюда старофранцузский язык и культуру, так что с этого момента Англия сблизилась с континентальной Европой. Подданные Альфреда по языку, обычаям, традициям больше походили на тогдашних обитателей Скандинавии или Саксонии. Важная разница заключалась в том, что к тому времени они уже три столетия были христианами.

Англосаксы – землепашцы и воины. У каждого свободного человека имелся дом и участок земли – собственный или полученный от господина. У него были обязанности перед королём: платить подать продуктами, сражаться по его призыву, участвовать в ремонте дорог и мостов. Те же обязанности возлагались и на знатных людей – тэнов, которым ещё полагалось какую-то часть времени проводить на военной службе при дворе короля или назначенного королём местного правителя – элдормена. Элдормены при необходимости защищали подвластные им земли от врагов и вершили суд. В мирные дни король и его двор – члены семьи, воины и клирики – переезжали из одной королевской усадьбы в другую или гостили у элдорменов. На пирах в королевских палатах поэты-скопы под аккомпанемент арфы исполняли песни о военных победах, героических подвигах королей и святых и начале творения.

Однако мирные дни во времена Альфреда выпадали редко. С начала IX в. на Англию обрушились нашествия викингов – воинов, приплывавших из Скандинавии. Сначала они действовали как пираты – грабили города, деревни и монастыри и уплывали домой. Но земли в Англии были гораздо богаче и плодороднее, чем в скалистой Норвегии и даже в Дании... Первыми пали под ударами викингов англосаксонские королевства на севере и востоке острова – Нортумбрия и Восточная Англия. Потом была захвачена и поделена на две части Мерсия – большое и ещё недавно могущественное королевство в центральной части Англии. К тому моменту, когда Альфред вступил на трон, Уэссекс – его королевство – оставался последней свободной от викингов территорией...

Но вернёмся немного назад. Альфред был четвёртым сыном короля, и по всем разумным соображениям ему едва ли предстояло принять корону. Неизвестно, как он представлял себе в детские годы свою дальнейшую жизнь... Но что бы ни думал юный отпрыск королевского рода, судьба распорядилась иначе. После смерти короля Этельвульфа в 857 г. умерли один за другим два его старших сына – Этельбальд и Этельбрюхт. В 866-м на трон вступил его третий сын – Этельред. Альфред, которому тогда исполнилось 17 лет, был ближайшим соратником брата.

Перспектива стать королём в разгар войны теперь казалась вполне реальной, и, судя по всему, Альфреда она пугала. В его переводах несколько раз встречаются его собственные или повторенные за Григорием Великим сетования по поводу того, что различные обязанности не оставляют ему времени и возможности подумать о Боге, о своей душе или предаться учёным занятиям. Но проблема заключалась не только в этом. Альфред больше всего боялся обнаружить слабость. Ассер рассказывает, что в ранней юности Альфред, которому трудно было смирять свою плоть, попросил Бога ниспослать ему болезнь, дабы она изнуряла его тело и учила смирению. Вскоре он действительно заболел, его непонятный недуг не поддавался никакому лечению. Когда из всех наследников Этельвульфа остались только они с братом, Альфред, по-видимому, горько пожалел о своей просьбе к Богу. В "Жизнеописании" читаем, что однажды, направляясь на охоту, Альфред остановился в придорожной часовне и целую ночь горячо молился, прося Господа заменить одолевавшую его болезнь на другую – такую, которая не мешала бы ему быть королём, не проявлялась бы открыто и не вызывала жалости. Эта молитва также оказалась услышана. Был ли то физический недуг или он выражался в мучительных сомнениях и полном неверии в собственные силы и способности, но болезнь эта, если верить Ассеру, временами приводила Альфреда в полное отчаяние. Однако едва ли кто-нибудь из приближённых или воинов короля хотя бы раз заметил эту его слабость. Она не мешала ему быть тем, кем он был, и делать то, что он делал.

О сражениях с викингами, продолжавшихся, с небольшими перерывами, во время всего правления Альфреда, подробно рассказано в Англосаксонской хронике – летописи, составленной при уэссекском дворе в 890–891 гг. и потом продолженной записями за 892–900 гг. История англосаксов, народа, живущего на острове Британия, представлена в ней так, как она виделась Альфреду и его помощникам, трудившимся над созданием хроники. Война с викингами – главный эпизод этой истории: в ней сливаются воедино два аспекта: борьба христиан с язычниками и война против чужаков за свою землю. Копии Англосаксонской хроники были разосланы в монастыри и епископские резиденции, где их впоследствии редактировали и пополняли новыми записями. Самая поздняя из дошедших до нас рукописей охватывает период до 1154 г.

871 год начался с трёх больших битв, а перед Пасхой умер король Этельред. Альфред был коронован 23 апреля (в день святого Георгия, покровителя воинов и Англии) и продолжал сражаться. Первая большая война, а точнее, почти не прекращающаяся череда кратких войн завершилась в 878 г. тем, что предводитель викингов Гутрум заключил мир с Альфредом, принял крещение и поселился со своими людьми в захваченных землях Восточной Англии. Пятнадцать лет мир нарушали лишь случайные вторжения (викинги тем временем грабили франкские королевства), но в 893 г. в Англию приплыли два больших войска викингов, и война вспыхнула вновь. Она длилась три года и закончилась полной победой англосаксов.

Пока длилась передышка, Альфред придумал и воплотил в жизнь два нововведения. Он повелел построить на морских побережьях и по берегам крупных рек (а именно по рекам пираты-викинги проникали в глубь англосаксонских территорий) "бурги" – города-крепости, население которых составляли по большей части мужчины-воины. Гарнизоны "бургов" несли стражу и при необходимости могли преградить путь пиратам, не дожидаясь, пока соберётся ополчение. Другим полезным новшеством стали военные корабли, сделанные, как написано в Англосаксонской хронике, "не на фризский манер и не на датский, а так, как, по его (короля) мнению, было лучше всего". Англосаксы, конечно, имели опыт кораблестроения, но их суда предназначались в основном для рыболовства. Дальние плавания совершали только купцы. Теперь в прибрежных водах несли стражу большие корабли, не давая викингам причалить или, если это уже случилось, уйти с добычей.

Альфред позаботился о том, чтобы, по возможности, защитить свою страну и подданных от грабителей-захватчиков, и сам предводительствовал войском во всех крупных сражениях. Но в его представлении обязанности короля этим не исчерпывались. Были и другие "враги", угрожавшие благополучию людей, – междоусобицы, распри, несправедливость. В кодекс законов, известный под названием "Правда Альфреда", вошли перевод "Десятисловия", законы Альфреда и законы его предшественника, короля Ине, правившего в VII в. О том, как составлялся этот свод, Альфред сам рассказал во вступлении:

"И тогда я, король Альфред, собрал и повелел записать многие законы, которые наши отцы и деды исполняли и которые мне понравились. А те, которые мне не понравились, я, с дозволения своих советников, опустил и велел исполнять иначе. Я не решился добавить ничего от себя, ибо не знаю, понравится ли это тем, кто придёт после нас".

Мало составить законы, важно добиться, чтобы они правильно применялись. Мы не можем сказать, действительно ли элдормены, вершившие суд, следовали статьям из "Правды Альфреда" или она являлась в большей степени "юридическим трактатом", нежели практическим руководством. Во всяком случае, по свидетельству Ассера, Альфред позаботился о том, чтобы люди, выступавшие в роли судей, могли прочитать законы. Он открыл при дворе школу для сыновей знатных людей, повелев, чтобы все мальчики, ещё не достигшие возраста, когда на них ложатся иные обязанности, учились читать и писать на своём родном языке (а те, кто собирается стать клириками, ещё и на латыни). Он заставил учиться читать и взрослых, умудрённых годами людей, элдорменов и советников. Члены королевского совета в англосаксонской Англии именовались уитэнами, что в переводе означает "мудрый тэн", "мудрый знатный человек". Ассер рассказывает, что Альфред призывал к себе неграмотных уитэнов и лукаво сетовал, что вот, мол, заметил обман: человек зовётся "мудрым", но при этом не знает грамоты. Исправить "ошибку" можно двумя способами – либо человек срочно научится читать, либо он перестанет именоваться "мудрым тэном", то есть быть королевским советником. Нетрудно догадаться, что выбирали приближённые Альфреда.

"(Я) собрал для себя брёвна, колоды, стволы и брусья... сколько смог взять. Но всякий раз, возвращаясь домой с ношей, я мечтал, что, если бы сумел, унёс бы весь лес, и всякое дерево, как мне казалось, могло пригодиться. Поэтому я зову каждого, у кого достанет сил и найдутся подводы, отправиться в лес, где я рубил свои брёвна, и собрать больше; нагрузить свои подводы добрым деревом, и сложить прочные стены, и поставить хороший дом, и построить прекрасный город, чтобы жить там со своими родичами безмятежно и счастливо, зимой и летом – так, как мне не суждено сейчас жить. Но Тот, Кто показал мне этот лес, может сделать, чтобы мне жилось спокойней – во временном приюте на пути, что ведёт меня здесь, в этом мире, и в том вечном доме, который Он обещал нам устами святого Августина, святого Григория, святого Иеронима и многих других святых отцов".

В этом отрывке под брёвнами подразумеваются мудрость и знания, заключённые в книгах. Альфред восхищался теми, кто владеет этим сокровищем. Он сокрушался, что учёность и книжность в Англии пришли в упадок, и писал с горечью, что раньше, в VII–VIII вв., англосаксы учили и просвещали континентальные народы, а теперь вынуждены сами искать учителей на материке. Альфред постарался, насколько мог, исправить положение. Составление Англосаксонской хроники, перевод латинских сочинений, создание придворной школы – всё это входило в круг его забот. Для воплощения своих замыслов он приглашал ко двору образованных людей, причём не только из Англии. Их имена Альфред перечислил в предисловии к переводу "Обязанностей пастыря": мерсиец Плегмунд, ставший впоследствии архиепископом Кентерберийским, валлиец Ассер, вустерский епископ Верферт, монах Гримбальт, прибывший из франкского королевства, Иоанн Старый Сакс (судя по прозвищу, выходец из Саксонии), про которого известно, что он отличался редкостной учёностью и к тому же был замечательным мастером, сведущим в разных искусствах и ремёслах.

Альфред обращался к "учёным занятиям" не только потому, что считал их своим королевским делом. Таково было веление его сердца. Ассер пишет, что, когда он впервые встретился с Альфредом, уже зрелым мужем, могущественным королём и прославленным воином, его поразила горевшая в этом человеке тяга к знаниям, ненасытная любознательность и желание учиться. Наверняка король радовался, обсуждая со своими учителями-помощниками мудрые речения из Священного Писания и сочинений отцов Церкви или какой-либо фрагмент перевода, составляя Англосаксонскую хронику или кодекс законов. Во всём этом находила выход работа его души.

"Я бы хотел прожить достойно свою жизнь, а когда она закончится, пусть оставшиеся вспоминают меня по моим добрым делам".

Альфред умер осенью 899-го или 900 г. О последних годах его жизни ничего не известно: Ассер внезапно обрывает свой рассказ на событиях 893 г., в Англосаксонской хронике между подробным повествованием о военных действиях 893–896 гг. и сообщением о смерти короля Альфреда имеется только одна запись – известие о смерти Этельхельма, элдормена Уилтшира, и лондонского епископа Хеахстана.

Что делал король в это время? Переводил августиновские "Монологи", размышляя о вечности, уже столь близкой? Разбирал бесконечные жалобы и споры подданных? Строил планы будущих преобразований? Эти годы окутаны осенней дымкой – такой, какая, наверное, поднималась над полями в последние дни жизни Альфреда. Он признавался, что боится смерти. Но в Англии в конце октября – золотая осень, и хочется верить, что в душе короля, когда он уходил, были покой и ясность.

В истории Англии можно найти властителей, чьи достижения в разных областях сравнимы с заслугами Альфреда или превосходят их. Его сын, Эдвард Старший, покорил викингов, поселившихся в Англии, и заставил их признавать верховную власть англосаксонских королей. При Этельстане, внуке Альфреда, страна наслаждалась благоденствием и миром, все его подданные, включая потомков викингов, имели равные права на справедливость и защиту, а авторитет Англии на международной арене был настолько высок, что все европейские правители, включая императоров, стремились породниться с англосаксонской династией. Просвещение и учёность достигли невиданного расцвета в возрождённых и вновь основанных бенедиктинских монастырях во времена Эдгара, правнука Альфреда...

Но именно Альфред по справедливости носит прозвание Великий, хотя, может быть, сам он предпочёл бы другой титул. Можно рассуждать о его успехах и неудачах, о действенности и своевременности проведённых им преобразований, о значимости его военных побед, о доле его участия в составлении законов и Англосаксонской хроники, о том, сам ли он переводил латинские сочинения, – и за всем этим возникает образ человека, сумевшего понять и принять своё призвание, ясно видевшего свой путь и ведущего постоянный искренний диалог с Богом. Такие качества многого стоят во все времена.

Да, сам Альфред, возможно, предпочёл бы называться не Великим, а как-то иначе. А скорее всего, он отказался бы от любых титулов. Ассер в одном месте своего сочинения именует его "правдивым". Леди Беатрис Ли, написавшая в начале ХХ в. замечательную книгу об Альфреде, назвала её "Альфред Великий – глашатай правды, создатель Англии". Я бы предложила иной вариант: Альфред Верный. †

 о нас
 гостевая
 архив журналов
 архив материалов
 обсуждение
 авторы

 Публикация

обсудить в форуме

распечатать

авторы:

Зоя Метлицкая


 Память

Александр Юликов
Тесный круг

22 января о. Александру Меню исполнилось бы 73 года. Дух его был бодр, ясен, молод, и потому трудно представить его себе постаревшим. Разве что седины прибавилось бы. А вот каким он был в молодости, помнят теперь, наверное, немногие. О своих первых встречах с пастырем рассказывает художник, оформивший большинство книг о. Александра. 

 Свидетельство

Дмитрий Гаричев
Осколок

"Николо-Берлюковская пустынь (село Авдотьино Ногинского района Подмосковья) два года назад отметила 400-летие. Испытав за века взлёты и упадок, пустынь была прославлена многими чудотворениями от обретённого образа "Лобзание Иисуса Христа Иудою". Главным событием юбилейного года в Берлюках стало водружение креста на колокольне возрождающейся обители..." 

   о нас   контакты   стать попечителем   подписка на журнал
RELIGARE.RU
портал "РЕЛИГИЯ и СМИ" Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100